ПРОЗА

 

 

Лукьянова Надежда, 11 класс

Монолог

– Знаешь, я хотел бы приходить домой и не доставать из кармана ключи.

Сергей Лукьяненко. «Лабиринт отражений»

 

– Как же получилось, что я привык писать письма, у которых нет адресата?..

Макото Синкай. «Пять сантиметров в секунду»

 

Однажды в этом доме поселился дождь, и теперь его запах мягко соседствовал с запахом старого печенья с карамелью.

Девочка сидела и удивленно смотрела, как воздух прорезают его прозрачные капли. Они просачивались между досками потолка и стекали по стенам, оставляя на обоях яркие дорожки. Они падали вниз, на протертые ковры и вазочку с вареньем на журнальном столике.

– Дождик... – прошептала она, смотря на потолок и ловя открытыми ладошками мокрые капли. Как оказалось чуть позже, дождь поселился только в одной комнате и не хотел идти в соседние, как бы девочка ни звала его на кухню за конфетами. Похоже, он вошел через окно.

Где-то через полчаса, когда все вокруг было уже мокрым и пропал запах карамели, в комнату вбежал отец и зачем-то раскидал по полу полотенца. Девочка удивленно присела и подняла одно из них – белое, с желтыми цветами.

– Не путайся под ногами! – крикнул отец, быстро сворачивая ковры. Теперь дождь разбивал свои капли о дощатый пол и стекал вниз между досок. – Иди пиши, хотела же вчера!

Девочка кивнула с серьезным лицом и направилась в свою комнату, помахав дождю рукой. Отец распахнул окно и выжал за подоконник сразу три полотенца.

Это был вовсе не дождь. Всего лишь потоп на втором этаже.

Но девочка не хотела этого понимать.

 

«Здравствуй, мама.

Ты, наверное, сейчас очень далеко. Недавно папа рассказал мне, что ты – капитан команды исследователей Плутона, одной из карликовых планет. Наверное, это очень интересно. А еще он сказал, что лунатиков нет, поэтому передавай привет инопланетянам, если их встретишь.

Тебе, наверное, будет интересно, как мы живем без тебя. Папа четыре года назад устроился работать исследователем древних цивилизаций, как и мечтал всегда, в какую-то большую всемирную организацию, я так и не запомнила ее названия. И сейчас мы живем в городе Мерида, на Юкатане, в доме доньи Габриэлы Дьюэл, очень милой женщины. Город очень красивый, а дом очень большой – здесь пахнет старым табаком и четко слышно каждую дождинку, а дожди здесь идут довольно часто. И папа каждый день пропадает с утра до вечера на работе, потому что позавчера вернулся из недельной командировки с новыми материалами для исследований и с пунцовой рукой – какая-то кракозяба его укусила, но врачи сказали, что это нестрашно. Однажды он и меня хотел взять с собой в экспедицию в джунгли Юкатана, но ему не разрешили. Здесь очень красиво, но я скучаю по России, хоть и слабо ее помню. Я хочу домой, в Москву, но папа сказал, что не хочет возвращаться. Но когда-нибудь я вырасту и поеду туда. Я ведь и сейчас уже совсем большая.

Мне скоро семь, и я пойду в школу, в самую настоящую школу, где будут учиться такие же дети, как и я. Зато ни у кого из них нет мамы-космонавта, у всех мамы поварихи или домохозяйки. А я и не грущу, что ты у меня такая смелая. Я же не маленькая, я понимаю, что ты не можешь сейчас прилететь. Вот мы и живем втроем: я, папа и донья Дьюэл. Когда-то ее брат был здесь археологом, вот она и осталась работать экскурсоводом. А сейчас я помогаю ей и уже до последнего уголка знаю наш музей. Старый Рауль, охранник, даже называет меня «младшим экскурсоводом», представляешь? Он даже говорит, что лет так через тридцать я сменю «старушку Габриэлу», которая к тому времени сама станет музейным экспонатом.

Но я уже решила, что когда вырасту, вернусь домой, если только наш старый дом еще не снесли. Может быть, ты его даже помнишь?.. Как жаль, что рядом нет тебя. Я хочу, чтобы ты тоже вернулась домой, мама. И чтобы прочитала это письмо. И чтобы папа перестал грустить по ночам, засыпая около холодильника. Мы с доньей Дьюэл покажем тебе музей, а потом поедем с папой в джунгли... А еще, пожалуйста, пришли нам свою фотографию, а то у нас та единственная, где ты рядом с египетской пирамидой, года два назад упала в краску.

Я жду тебя, мама. До встречи...»

 

Как странно порой думать, что вы двое где-то там, далеко-далеко. И что где-то далеко есть место, которое я могла бы назвать домом. Ведь это дом и для вас двоих, правда? Ведь папа просто не хочет вспоминать, теребить прошлое... Но дом ждет нас, этот старенький дом на окраине Москвы, в том самом переулке... Я хочу войти в него, как входят парады на площадь, как входит весна в распахнутые двери мира, и крикнуть так, чтобы затряслись стекла: «Я дома! Дома...»

Однажды все было иначе. Ведь для счастья надо так мало... Но для меня как Наблюдателя это невозможно, кроме того, он ведь женился еще раз. Лучше я буду красивой легендой, чем назойливым присутствием. Однажды все было иначе. И вообще... Это ведь не мой мир. А девочка... Однажды мы пришли в детский дом и попросили на усыновление любого ребенка, ведь родители не выбирают себе детей...

– А-Г-284, вы дочитали?

Я резко вздрогнула.

– Спасибо, Зен, только зря ты мне это принес, – сказала я тогда, покачивая головой. Он скептически смотрел на меня с минуту, потом выключил экран и перешел на шепот:

– Я ведь могу помочь, у меня есть связи в...

– Не надо. У него появилась другая женщина, да и девочка уже не помнит меня. Она думает, что я исследую Плутон. Она никогда не сможет меня понять, даже если я вернусь.

Эта громадная туша моего конвоира с добродушным лицом пожала плечами. В этот момент я почему-то почувствовала запах карамели, хотя обычно в конвойных камерах пахнет максимум машинным маслом. Может быть, где-то рядом даже прошел дождь... Какой дождь, в космосе их не бывает.

Я точно помню тот день, последний день, до мельчайших деталей, до каждой травинки на земле. Мне дали всего два часа, чтобы проститься с ними... Они вдвоем – отец и дочь – стояли и смотрели на то, как я поднимаюсь по лестнице. Кажется, они махали мне рукой... потом конвойный подошел ко мне, и я уже больше никогда не видела Землю...

Сегодня начинается моя новая жизнь – я лечу в сектор 19, в систему Оритта. И там будут новые заботы и новые лица. И мне придется обрезать длинные волосы и ходить с «ежиком»... Я никогда не была на Плутоне, малышка. На наших картах его вообще в последнее время не обозначают. А что до дома... у меня его нет.

Наш дом – Великий Космос. Это наш дом, из которого нам никогда не выйти. Это наша тюрьма, в которой мы родились. Нас ведут наши холодные сердца-звезды. И даже если это наш дом... нам некуда идти, не сбежать, не укрыться. И для нашего сердца в этом мире нет места.

И неважно, кто может нас принять и любить как самого родного человека. Для нас все – это лишь история, тысячи смертей, записанных скупыми словами. Мы все превращаем в слова, потому что не умеем по-другому. Эта безрассудная и холодная сила слова... По сути, нам ничего в этом мире не нужно... Мы живем без цели и без мечты.

Кто-то называл нас Богами... как глупо. Если бы в мире существовали Боги, они не были бы такими грустными... мы когда-то были людьми, я точно это знаю. И где-то, совсем близко, был наш дом... настоящий дом. Где нас еще помнят и ждут – и через миллионы лет...

Это было абсолютной правдой.

Но она не хотела ее принимать.

 

Дождь давным-давно закончился. Пока донья Дьюэл ругалась с кем-то по телефону, девочка сидела в своей комнате и пыталась что-то написать.

В результате через полтора часа кропотливого труда на альбомном листе была написана всего одна фраза. Девочка сложила лист в самолетик и выпустила его в открытое окно.

Письмо никогда не долетит до адресата. Потому что мы уже никогда не станем прежними.

Но сегодня девочка рассыпала по полу печенье, и в дом пришел новый запах ванили.

 

 

Утяева Вика, 7 класс

Лёвушка

 

Тихонько скрипнула дверь в сенях. В комнату вошла бабушка и спросила:

- Почему до сих пор не спите, полуночники?

- Бабушка, а, правда, что говорят про «Львиную голову»?

- Незнаю, правда иль нет, да только легенда существует. Мне её еще моя бабушка рассказывала.

- Расскажи, ну расскажи, - канючили мы.

- Завтра, поздно уже. Долгая это история и очень страшная.

Жил у нас в селе мальчонка, улогонький – хромой значит с рождения, одна ножка у него была короче другой. Хороший был мальчонка, добрый, все его любили и умный не по годам. Говорят, Бог здоровьем обделил, зато умом наградил. Кто не попросит, всем помогал, никому не отказывал. Звали его Лёвушкой – львиной головушкой.

В тот год лето было очень жаркое, а дождей - не было ни одного, словно боги разгневались на людей, вот все родники и пересохли. За водой ходили в соседнюю деревню за семь вёрст на Тёмное озеро.

Дорога на Тёмное озеро была трудной, проходила через каменистый склон с крутыми подъемами и спусками, сворачивала в дремучей лес, в котором водились разные дикие звери и прочая лесная нечисть. Поговаривали, что в нём частенько пропадали люди, и никто никогда их больше не видел. Только иногда раздавался зловещий д вой и ушераздирающие крики, напоминающие  чей-то плач.

В это время в селе готовились к престольному празднику дома украшали берёзовыми веточками и свежими цветами, которые от жары были больше похожие на матерчатые.

Вот и пошёл Лёвушка в лес за берёзовыми веточками, что бы и его домик  не выделялся на фоне других украшенных цветами и берёзками.

Только стал он подходить к лесу, как вдруг налетел сильный ветер, небо почернело, словно смоль и вокруг темно стало, как ночью, хоть глаз коли.

Решил Левушка переждать ураган в лесу, до дому далеко, а в такую темень и с дороги сбиться не мудрено. Прижался он к дереву и стоит, дрожит, не столько от холода, сколько от страха. Нет, Лёвушка, вовсе не трус был, просто маленький ещё. Да и одному в лесу в такую погоду ,любой человек испугается. А он стоит , его листьями засыпает, ветки деревьев хлыщут его по худым ручонкам и босым ножонкам.

Вдруг дерево как то странно заскрипело и зашевелилось. Замер Лёвушка, чуть живой стоит, почти не дышит. А дерево поворачиваться стало, и вырос перед ним Старик  Лесовик. В сером макинтоше и большой серой шляпе надвинутой на глаза. Старик был сам похож на большой гриб- сморчок, всё его лицо было, изборождено глубокими морщинами, седые усы и борода свисали клочками, похожими на пучки жухлой травы выгоревшей на солнце, к его старому, веками заношенному плащу прилипли берёзовые и кленовые листья, как прилипают они к мокрой обуви в осеннюю влажную погоду.

На шляпе у него сидела большая жирная светло-коричневая улитка с пятнистым домиком и любопытно тянула свои рожки в сторону Лёвушки.

- Кто вы? – тихо спросил Лёвушка

- А что ты делаешь в лесу один и в такую погоду?- отвечал Лесовик вопросом на вопрос.

- Я за берёзками пришёл, - тихо ответил Лёвушка и опустил голову.

Ему стало стыдно, ведь он совсем не подумал, что сделает березкам, больно отрывая веточки. Левушка совсем не хотел никому причинять боль.

Лесовик сразу понял, что перед ним добрый мальчик и ему стало, его жаль, но лишь на миг.

Лесовик решил наказать Лёвушку за всех людей на земле, которые, не думая, обрывают растения и бросают их, а дерево или цветок тем временем плачет, и горячие слёзы в виде прозрачного сока капают на землю.

Он задумал коварный план мести всем людям, ведь он давно был на них зол.

А доверчивому и добродушному Лёвушке предстояло стать жертвой.

Вот старик Лесовик  заохал на весь лес и присел на пенёк.

- Что с вами, дедушка? – наклонился над ним Лёвушка.

- Воды,- тихо простонал Лесовик и закатил глаза.

Лёвушка вскочил и тут же понял, что воды ему принести не в чем, нет, не кружки, не ковша.

Старик  Лесовик  на это и рассчитывал.

- Вот, - протянул он Лёвушке маленькую фляжку – набери в неё воды, да смотри не расплескай.

Фляжка была маленькая, но чуть больше чем кулачок у Лёвушки. На вид она была, как будто хрустальная вся блестела и переливалась на солнце разноцветными бликами. Но на самом деле она была просто ледяная и рука у Лёвушки быстро замерзла.

Он бежал босиком по крутому каменистому склону, перекладывая фляжку из одной руки в другую, почти не чувствуя ног от боли и рук от холода.

Свернув в дремучий лес Лёвушка, не испугался ни диких зверей, ни кого.

Он боялся только одного - не успеть. Ведь там, в лесу его ждал Старик…

Наконец, он добежал до Тёмного озера. (Так назвали его, потому что вода в нём была тёмной как  чернила.)

Левушка онемевшими от холода руками, набрал воды во фляжку и развернулся в обратную дорогу. Быстро бежать он не мог, боялся расплескать всю воду, ведь ледяная фляжка была без крышки, она не закрывалась, в этом был коварный план Старика Лесовика.

Но медлить он тоже не мог, ведь Старик нуждался в его помощи.

Левушка прикрыв пальчиком, горлышко фляжки побежал быстрее.

Он быстро преодолел дремучий лес и каменистый склон до леса, где его ждал Старик,  оставалось меньше версты. Растёртые в кровь ножки нестерпимо болели и не желали больше двигаться, ручки замёрзли и не в силах были держать в руках фляжку. Лёвушка попытался сделать ещё шаг, но на камнях ножка подвернулась, она и так была короче другой, он покатился на землю; фляжка с водой, которая была в ней, давно уже превратилась в лед, вылетела из его рук и раскололась на сотни маленьких колючих  ледяных осколков.

Осколки со всех сторон летели в Лёвушку, раня его. Он закрывался от них ручонками, как мог и его курчавые золотистые волосы, похожие на колосья спелой пшеницы развивались по ветру. Вскоре он сам превратился в ледышку и рассыпался на мелкие осколки.

Жаркое солнышко растопило те ледышки, из тех мест, куда упали осколки, забили из  земли многочисленные роднички и соединились в один, большой родник, по форме напоминающий солнце. А всё землю вокруг родника покрыли золотистым ковром маленькие нежные цветочки, в народе их львиный зев называют. Так добрый Левушка – львиная головушка спас всё село от жажды в тяжёлое время и о себе память на века оставил.

Тот родник и сейчас существует, так и зовётся «Львиной головой», а Лёвушка продолжает жить, в наших сердцах и по сей день.

- Ну, что полуночники, не пора ли спать?- спросила бабушка, ласково подоткнув одеяло к стенке.

- Бабушка, а Лесовика этого больше никто не встречал?- спросила я.

- Нет, не встречал. Говорят, он и сам очень об этом очень пожалел. С тех пор людям на глаза не показывается.

Благие дела прославляют людей и оставляют о себе добрую память навечно, эту историю когда-то рассказывала мне ещё моя бабушка,  а когда нибудь её и вы расскажете своим внукам. Так  Львиная голова останется жить в нашей памяти.

 

 

 

 

 

 

Феникс

МAУДО "РГДДТ"

Россия, г. Рязань, ул. Есенина, 46

тел./факс: (4912) 44-58-63 (приемная)